Гарри Поттер и роковые препятствия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Спальня

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Единственная комната во всем замке, где отсутствует холодная выдержанность серо-зеленых тонов, вездесущие гербы и портреты. Вместо того здесь преобладают винно-красные и пурпурные тона, с  налетом темного золота- в тонком узоре на обоях,  в вышитом балдахине над широкой кроватью. Несмотря на немалый размер, помещение не производит впечатления пустого и огромного- так как заставлено различными предметами мебели от громоздкого шкафа из черного дерева до пары маленьких столиков и зеркал в массивных рамах, задвинутых к дальней от двери стенке. На полу под всем этим безобразием великолепием лежит пушистый ковер мягкого бежевого цвета.

0

2

<<Кабинет
Затворив массивную дубовую дверь за собой и Беллатрисой, Волдеморт оставил спутницу возле входа, а сам прошелся по комнате и зажег две свечи- в ярком свете он никогда не нуждался, а обилие горящих свечей нагреет воздух и здесь. Плотная ткань черной мантии соскользнула с его плеч на пол, и он облегченно вздохнул, оставшись в тонкой темно-серой рубашке и брюках и ступив на ковер босыми ногами. Еще легче он почувствовал себя, разлегшись посреди способной уместить пятерых кровати- гладкий атлас покрывала холодит спину даже сквозь тонкую одежду.
Обернувшись к оставшейся у дверей женщине, Лорд поманил ее пальцем. На лице застыла загадочная улыбка, в глазах мелькает звездными искорками восхищение.

0

3

Прижавшись вплотную к двери только плечами, женщина исподлобья наблюдала за мужчиной, пока он зажигал  свечи и снимал лишнюю одежду, любуясь им, его телом все еще сокрытом от неё. Он лег, и на его лице отразилось умиротворение, вызывая легкую улыбку у Беллатрисы, было приятно видеть этого человека расслабленным, впрочем, ей всегда доставляло удовольствие смотреть на его действия и во время, когда он творил.
  Получив приглашение, женщина оторвалась, он массивной двери и медленно двинулась, покачивая бедрами к постели, соскальзывая из обуви и ступая по мягкому ковру, которого она сейчас просто не ощущала. Не доходя до постели, Беллатриса остановилась возле прикроватного столика. Аккуратно поставив ножку на рядом стоящий стул, отчего подол платья сполз до половины бедра, открывая на обозрение, то с чем она никогда не расстается. Манерно, но с особой аккуратностью извлекла посеребренный кинжал из-под кружевной подвязки, и вместе со своей палочкой положила на кованый столик, не отрывая взгляда от мужчины. Пересекая последнее расстояние до постели, Белла, едва сдерживала сердце, клокочущие о ребра, как в клетке свободолюбивый зверь. Достигнув прохладного атласа, женщина, сидя на коленях, перекинула руку через торс мужчины, второй провела горячую тропинку от живота до груди, где она почувствовала его сердцебиение. Подарив Милорду, улыбку, она слегка нависла на его лицом, отчего кудри слетели вниз, и закрыли их от мягкого света свечей. Рука сама потянулась к нему, и она, мягко провела ладонью по его щеке.

0

4

С каждым ее неторопливым шагом вожделение на бледном безвозрастном лице Реддла проступает все отчетливей. Это не должно показаться Пожирательнице чем-то совершенно новым: подобное выражение возникало каждый раз, когда он заходил далеко в своей жестокости, уже не скрывая получаемого удовольствия. Разве что глаза все еще остаются темными, не являя красными бликами истинное отражение его души.
Из-под полуприкрытых век он наблюдает за женщиной, незаметно настораживается, когда под платьем показывается блеск металла. Но несмотря на то, что его палочка осталась в кармане брошенной на пол мантии, вряд ли ей придет в голову назвать его беззащитным… разве что перед чарами, которыми она умело его опутала, показывая себя с неведомой раньше стороны.
Тусклый свет застревает в осыпавшей его лицо паутинке волос, окрашивая их мягким сиянием. Смелые прикосновения заставляют Волдеморта потянуться ей навстречу. На мгновение прижаться к зовущим губам, обхватить тонкие плечи и опрокинуть ее на спину- так, чтобы темные волосы рассыпались по покрывалу, а все еще по-молодому упругое тело оказалось во власти его рук.
Длинные узловатые пальцы нежно крадутся по ее ноге, смещая подол платья и медленно, но безостановочно пробираясь все выше.

0

5

Под умелыми руками мужчины, столь непривычно нежными, напрягаются мышцы, в томной боли. Каждое прикосновение отзывается в теле, бежит вместе с вскипающей в жилах крови, достигая сердца, которое еще чуть-чуть, и кажется, порвется. Выгибаясь настолько, насколько позволяет тело Милорда, она слегка кусает губу, глуша стон, от острых чувств, желая еще большего, и невольно краснеет от собственных мыслей. Ей чуждо смущение в постели, но сейчас ласки принадлежат ему, родному, долгожданному - она знает это слово не понаслышке, и каждая минута его близости дорога Беллатрисе. Блуждая по статной спине руками, она слегка сжимает ладони на затылке, чувствуя приятную, но на удивление прохладную кожу. На его волосах грают нежные теплые отблески свечей, создавая впечатление золота. Пальцы скользнули, от затылка до мочки уха, и слегка касаясь кожи, до ямки между ключиц, еле сдерживая порывы на более смелые ласки, рисуя их в фантазии, и уже ощущая под подушечками пальцев и губах.

0

6

Все в ней распаляет еще больше, хотя, казалось бы, дальше некуда-  и румянец на щеках, вместе с блеском в глазах делающий ее действительно прекрасной, и то, как она отзывается на каждое прикосновение; впрочем, ее ласки действуют на него точно так же. Такое впечатление, будто Белла годами копила в себе эту невероятную чувственность, пока наконец не решилась выплеснуть захлестывающей волной… может, так оно и есть.
Ощутив легкое нажатие на затылок, он склоняется к ее шее и принимается покрывать бархатистую кожу поцелуями- сначала короткими и быстрыми, потом все более крепкими, оставляя яркие красные следы, безуспешно стараясь насытиться пьянящим вкусом. Одновременно его рука достигает участка между ног женщины, отодвигает полоску белья. Длинные ногти слегка оцарапали нежнейшую кожу, пальцы почти обжигает.

0

7

Потерянное где-то дыхание в густом пространстве, заполненного запахом тлелого воска, лишь только звуком сообщает о своем присутствии, она его уже не ощущает - его нет, есть только опаленные чувства. Белла содрогается от каждого поцелуя мужчины, цепляясь за его рубашку, будто боится, что это закончится. Проснуться, и умереть от собственного больного воображения. 
   Стоит только его руке коснуться распаленного лона, срывается приглушенный стон с уст женщины, слегка вздрогнув от острой боли, которая мгновенно покрывается вуалью ласковых прикосновений. Пальцы, от полноты чувств, судорожно сжимают упругую кожу торса - она украдкой пробралась к вожделенному телу, растерзав край его рубашки. Не смело, но настойчиво, она загибает ножку за бедро Волдеморта, отчего поддается вперед к его рукам, что дарят такие безумные ласки.

0

8

От ее стона по телу пробегает теплая волна, словно щекочущая под кожей, задевающая нервы. Хочется услышать снова- и при следующем поцелуе он впивается в шею Беллы зубами, в то же время нашаривая маленький твердый бугорок и зажимая его между средним и указательным пальцами. Некоторое время продолжает ласкать ее, нежно покусывая то за шею, то за мочку уха, потом отстраняется- но лишь для того, чтоб снять рубашку. В тех местах, где пальцы женщины сдавливали кожу- стремительно бледнеющие пятна.
Будто не вытерпев даже столь короткого расставания с ощущением ее тела под ладонями, Волдеморт снова кладет руки ей на ноги выше колен, поглаживает бедра, затем стаскивает с нее платье. Исследует тело сначала взглядом, потом- кончиком языка, оставляя влажные дорожки на груди и плечах, вновь касается пальцами входа во врата наслаждения, дразня, но не соскальзывая глубоко.

0

9

В мире вещей все принято делить на свои какие-то ведомые только творцам - законы и стереотипы. И сейчас в этой комнате перемешались два желания, покорять и быть покорной. Беллатриса трепетна во властных руках Волдеморта, подчиняясь ему, так же слепо, как слепо верна. Извиваясь телом, от настойчивых, откровенных прикосновений, выгибаясь под тяжестью красивого тела мужчины, изящного, но мыщично выраженного оголенного торса. Неудержимый стон снова срывается с губ, слегка приоткрытых от желания, капризных и податливых.
   Ладони соскальзывают с его тела, и за короткое мгновение, пока Милорд снимает рубашку, она горячо проводит руками по бедрам мужчины, ощутимыми тяжелыми движениями. Расставшись с одеждой, Беллатриса чуть облизнула пересохшие губы, и игриво улыбнулась. Оголенное бедра чувствовали грубую ткань брюк, отчего создавалось впечатление легкой развращенности, и, попустив пальцы за его ремень, слегка проводит ими  по контору. Стоило ему только снова вернуть руку на опаленный низ живота, она страстно выгибается и тянет ткань вниз. От дразнящей игры, которую он затеял, просыпается чувство отчаяния, в глазах нетерпеливость, мольба, и бесноватые искры восхищения.

0

10

Что-то ненормальное происходит с земным притяжением. Оно то почти перестает существовать, стоит сплестись со страстной женщиной в тесных объятиях и перестать ощущать под собой опору, то увеличивается в десятки раз, когда ее руки прижимаются к бедрам и тело ниже пояса наливается томительной тяжестью.
Лорд помогает Беллатрисе стянуть с него штаны, во время короткой передышки еще раз окидывает взглядом сияющее белизной среди темно-красного обнаженное тело, затем прижимается к ней, гладит ладонями везде, где только может дотянуться.  Поймав ее за руки, придавил к кровати, нависая над ней сверху. Снова встретились взглядами- у нее в глазах мольба, у него- торжество и превосходство. Он резким безжалостным движением врывается в нее, проталкивает затвердевшую как камень плоть до предела глубоко. Губы сжаты в тонкую полоску, пронзительный взгляд по-прежнему впивается в ее глаза.

0

11

Одна из свечей потухла, выражая свое прощание кудрявой  прядью дыма, она достигнет прохладного воздуха и растает в нем, слегка потревоженная от вскрика женщины. Не нужная, лишняя боль от его проникновения, вышла одинокой слезой, из уголка темных глаз и скатилась по виску. Взгляды на мгновения замирают, хотя для Беллы это  замедленный миг, в котором её разум бросает её из стороны в сторону, словно в лихорадке. Прижимая натянутые бедра, ближе к его, она выпрямляет ножку, и пальчиками ноги медленно проводит по его коже икр, до коленки, одновременно сжимая мышцы,  обнимая его раскаленную, словно свинец, мужскую плоть глубоко внутри  лона. Поверженная, она безмолвно шепчет  губами  «прошу».

0

12

О чем она просила- остается загадкой, но вдруг ее руки оказываются свободны.  Волдеморт дотягивается до ее колена, нажимает, заставляя согнуть ногу.
-Ты чем-то… недовольна? –прерывистый свистящий шепот вырывается сквозь стиснутые зубы, однако вряд ли его остановит какой бы то ни было ответ- он медленно начинает двигаться обратно, с наслаждением преодолевая сопротивление напряженных мышц. Теперь он опирается на кровать локтем, и почти лежит у Беллы на груди. Еще несколько раз- резко ворваться и плавно, медленно выскользнуть, и в какой-то момент он тоже издает протяжный полустон- полувздох на грани слышимости.

0

13

С каждой минутой страсть раскаляется все больше в ее теле. Она изливается в блаженной точке соприкосновения, в тесном сплетении мужчины и женщины. Время остановилось. Беллатриса не чувствует себя от оголенных откровенных в своем совершенстве ощущениях.  Дыхание прерывистое и слышимое, неправильное. Свободные руки, обнимают его, горячего, слегка покрытого испаренной, блуждая по спине, и не удержавшись от соблазна, сжимает, слегка впиваясь коготками в ягодицы.
- Нет…Милорд, - с придыханием шепчет женщина, прерываясь на короткий стон, стоит ему снова ворваться в неё, вызывая томительную боль мышцах, от которой она впадает в безумство. Белла играет с ним, сокращая мышцы, когда он  выходит, и расслабляет, при его проникновении, отчего чувства обостряются еще больше, когда мягкая кожа трется о нежную горячую плоть и она выгибается в тесном пространстве, извиваясь телом. Его стон ласкает слух и ощущая тяжесть головы на своей груди, Беллатриса  приобнимает его, будто прижимая ближе, чувствуя под пальцами, пульсирующий шарик виска.

0

14

Чувства сравнимы с тем, что он ощущал, обретая новую плоть… если не ярче. Волдеморт прогибается всем телом, когда нежные прикосновения сменяются болью пониже спины. Не в мыслях, скорей, в подсознании проносится- он так часто причиняет боль другим, что иногда необходимо почувствовать ее самому- и более подходящий момент и ситуацию для этого представить просто невозможно. Белла прижимает его к своей груди, и он втягивает ее в рот, прихватывая зубами особенно сильно в момент наиболее глубокого проникновения.
Когда Лорд приподнимает голову, при взгляде на несколько искаженные черты лица можно подумать, что он злится- приподнятая верхняя губа обнажает сжатые зубы, не имеющая ничего общего с нежностью страсть вырывается наружу заметным красным отсветом в глубине сузившихся темных глаз. Но истинные его чувства не имеют к злости никакого отношения.
Его движения стремительны и яростны, их больше нельзя назвать плавными, но он не омрачает слияния содрогающихся в едином порыве тел ни одной неловкостью или чрезмерной торопливостью. Но и не сбавляет сумасшедшего темпа довольно долго- до тех пор, пока не чувствует, что туго сжатая со всех сторон напряженная плоть словно разрывается изнутри, заполняя собой узкое пространство. Сладкая судорога сотрясает его от плечей до пальцев на ногах, когда он последний раз вдавливается в женщину на высшей точке наслаждения, а затем снова роняет голову между ее грудей, щекоча ее ссыпавшимися на лоб волосами и беззвучно шевелящимися губами.

0

15

Дикий танец, двух тел, сопровождает еле слышимый шепот свечей, и мелкие слезы воска. Они стали символом этой ночи, и светлая кожа, слегка окутанная в их кашемировом свете, побуждает светиться каким-то не естественным светом. Словно под дурманом, Беллатриса закрывает глаза, и слышно выдыхает горячий воздух, из раскаленных легких. Состояние бреда, безумия, игры страсти, от которой просыпается нежность развязность и безудержность. Она впитывает в себя каждый кусочек его кожи, покрытой похотью – целуя его плечи и шею. Этот вкус она не забудь, и когда-то в моменты грез, откроет воспоминания, как бутылку дорого вина, выпьет опьяняющий напиток. И сейчас она пьяна, пьяна им до безрассудства. Её тело, как воск, податливо для него. Она вся его без остатка. Поддаваясь к нему бедрами, она продолжает животный танец, ощущая внизу живота всю полноту его мужской силы, которая сейчас в быстром ритме, хочет, наконец, забрать то, что ей принадлежит.
  На его матовом лице, застывает гримаса агрессии, которую  женщина сейчас не боится, как раньше бы ее могло это испугать. Даже яркие красные проблески в его глубоких красивых глазах, она с воспринимает с благодарностью. Но движение, не дает ей насладится, своим вырванным в эти минуты, бесстрашием – глаза, закрываются под тяжестью век, когда он полностью в ней.
   Волна  импульсов раскаляется, с каждым его движением, и еще несколько ритмичных проникновений, Белла посылает откровенный стон ночи, и принимает его живительную горячую влагу в себя. Ладони еще цепляются в простони, будто желая их разорвать, мышцы скручивает в мучительной сладкой судороге, отдаваясь отголосками, в растянутых бедрах. Она на грани сумасшествия прикрывает глаза, и кладет ладонь ему на спину, благодарствуя своему безумию, имя которому – Волдеморт.

0

16

Прикосновения трепещущих губ отдают безумством и исступлением, и оттого еще более приятны. Никогда на безупречной памяти Темного Лорда его не хотели столь самозабвенно, и сам он привык просто брать то, чего ему хочется, не задумываясь о том, чтоб отдавать что-то взамен.
Напряжение сменяется расслабленностью, истомой, когда он освобождает Беллатрису от  тяжести своего тела, ложится рядом на скомканную ткань и аккуратно проталкивает руку ей под голову. Еще не скоро захочется расстаться с теплом, которым она одарила Волдеморта столь щедро, что у него возникло желание сказать ей слова благодарности. Но слова были бы тусклыми и неуместными- они и без того много сказали друг другу взглядами, поцелуями и ласками, встречая запредельное понимание.
После безуспешной попытки пригладить спутанные пышные волосы,  насквозь пропитанные терпким ароматом ее страсти пальцы крадутся по красным припухшим губам, по изгибам ее шеи и груди, где он оставил яркие отметины, и замирают на талии.
-Моя прекрасная Белла...- негромко, мелодично, песенно растягивая слова, произносит он прежде чем замереть с довольной улыбкой, заключая ее в объятья.

Отредактировано Лорд Волдеморт (2007-08-31 13:09:19)

0

17

Осознание приходит не сразу, а лишь в момент, когда Темный Лорд произносит слова, - она тянется к нему, но от неминуемого онемения, рука дотягивается только до его плеча, упираясь локтем на  слегка выступающие ребра, и она проводит пальчиком по  коже мужчины оставляя, светлую линию. Грудь еще беспокойно вздымается, ей тяжело дается унять безудержное дыхание, и если посмотреть то она напоминала  ребенка, бунтарку,  своими капризными губами, и загадочным взглядом. Словно после долгой азартной игры, она покорно готовилась ко сну, укладываемая старшими, но красноречивое восхищение на бледном лице, полностью искореняло, подобное впечатление. Беллатриса была счастлива. Чувства переполненные, насыщенные, как сильно концентрированное зелье, сочились в глазах, через тусклую бархатную  пелену, теплым ласкающим взглядом.
На слова мужчины, уголки губ слегка трогаются, и на её лице, можно запечатлеть ту улыбку, которая была рождена в эту ночь -  девственную, и видеть ее мог  лишь тот мужчина, которому она может, смело доверить все, и принять любую его ношу на свои плечи.
  Замыкая кисти на спине Волдеморта, она прикрывает глаза, и еле слышно шепчет ему слова, старой древней песни Амазонок, как молитву, успокаивая беспорядочность в теле, словно накрывая теплым одеялом.

0

18

Сквозь прикрытые веки Волдеморт ощущает, что Белла улыбается ему, и когда он открывает глаза, чтобы убедиться в правоте своих ощущений- они снова лучатся синевой. Слова, которые она произносит, столь тихие, что трудно даже узнать язык, к которому они относятся… похоже на какой-то ритуал. Не хочется мешать ей- и он молчит, лишь протянул руку и накинул на обоих сверху край широкого покрывала, чтобы уж точно не дать ускользнуть ни малейшей частичке тепла. Песня вызывает в сознании образы…отливающие металлическим блеском перья в сумрачных серых тучах, вспучившаяся посередине гладь бескрайней темной воды, ржавая рукоять меча, смутно угадывающаяся среди замшелых камней. Эти образы не беспокоят, наоборот- приносят умиротворение. Таким Белла вряд ли его когда-либо видела- повернутое к потолку лицо абсолютно безмятежно, кажется несколько неестественно гладким, когда окончательно исчезли вечные складки возле губ и между бровей. Только подрагивающие кончики ресниц нарушают впечатление безграничного спокойствия- словно легкая рябь на поверхности тихой заводи.

0

19

Безмятежность его лица, его спокойные черты, греют, словно ароматическое масло, обволакивая сердце – даря спокойствие. Она целует ему веки, лишь только слегка касаясь губами, и замирает на уровни сердца.
    Женщина замолкает – незаметно - от шепота остались легкие отголоски эхо, что еще продолжают окутывать разум. Было так тепло, рядом с его телом, что невольно дыхание, выравнивается,  становится глубже и спокойней – и все сильнее коварные сети Морфея опутывают ее сознание. Раскидав черные кудри на мужской груди, замысловатыми узорами, она обнимает его сильные плечи ладонями, где в подушечках пальцев, еще пульсируют искорки от неугомонного огня... Беллатриса чувствует себя на удивление защищенной, словно ее окружала непреступная каменная преграда, сокрытая самыми древними проклятиями, и сон приходит с единственной мыслью, что он даже не подозревает, насколько глубока ее любовь к нему, сравни лишь омуту  его глаз.

0

20

Тьма приходит на смену беспорядочной череде образов, привычная, глубокая, беспросветная. Одно из двух- либо она, либо кошмары, и тьма предпочтительней. Возвращаясь из нее, сначала приходится вспоминать о том, что такое пространство- серость потолка, застывшие подтеки воска, похожие на слезы- все, что осталось от сгоревших свечей. Потом уже вспомнить, что такое время- определить наступление вечера по золотистой каемке на краях задернутых штор. И по пути к ним наткнуться взглядом на знакомую черную шевелюру- ничего необычного, если бы только не такая растрепанная и не так близко.
Если кто и способен спокойно спать в присутствии Волдеморта, то только она, Белла… впрочем, до сего момента он об этой ее способности не догадывался. Что-то подозрительно похожее на нежность шевелится в душе при виде того, как она прижалась к его груди, будто в поиске защиты- на любого, кто вздумал бы ляпнуть, что эта женщина нуждается в защите, посмотрели бы как на полоумного. Не к месту вспоминаются слова одного из многочисленных учителей: «жестокость всегда ходит под руку с сентиментальностью», Том никогда не придавал значения философствованиям мудрых старцев, с нетерпением впитывая лишь практическую науку. Какая разница, почему именно о жестокости им хотелось рассуждать, встретив молодого человека с приятной внешностью, безупречными манерами и неуемной жаждой новых знаний.
Похоже, он так и не пошевелился за прошедшие утро и день. Потянувшись, он принимается перебирать рассыпанные по груди волосы Беллатрисы, пытается собрать их в ладони. Мысли о том, какое важное событие должно произойти сегодня, если еще не произошло, пока что остаются на заднем плане. Надолго ли...

0

21

Пальцы дрогнули на плече мужчины, и рука, потеряв опору, соскользнула на холодную простынь, расставшись с желанным теплом.  Беллатриса, проснулась, не раскрывая глаз, в неопределенных чувствах, которые сначала словно поддернутые дымкой легли на воображение, и как если бы сгущался туман, приобретали тягучесть. Кажется, она потеряла нить реальности, утопая в воспоминаниях о ночи, о  близости этого мужчины, когда тьма властвовала над миром, скрывая под тенью ночи луну, и ощутимой близости его тела сейчас, когда настойчивый свет, пытался выбиться из-под тяжелых занавесок, настырно изливая потоки пурпурных лучей в окна замка. Ее дыхание перехватывает, стоит снова вдохнуть запах его тела – но шок, заставляет его участится, шок от осознания, что было позволено ей этой ночью, и собирая в себе силы, женщина подняла взгляд на мужчину, застывает на его глазах. Она чувствует его руки, и не находит себя в отблесках своих эмоций, они спутанные и хаотичные, играются с ней как им вздумается, поселяя смуту в душе. Если он сейчас погонит ее прочь от себя, она возрадуется этой милости, и все что потеряло равновесие ночью, найдет свое законное место. Но с тем приходит страх, и Белла сильнее сжимает его талию ладонями, не желая расставаться с ним, ища то, что позволит ей остаться, хотя бы мыслями рядом, когда в голове раздается коварный хохот хаоса, рисуя ей неизбежное расставание. Она глушит его каждым острым воспоминанием, что спрятала ночью, и кажется даже тело секунду назад, слегка напряженное, принимает расслабленность.
Он заставил ее заново переродится, тысячу раз в эту ночь, обнажая ее другую сторону, совершенно не тронутую со времени детства, когда еще она могла позволить себе, искрение восхищение, святую наивность и безмятежную благодарность. И она смотрит прямо, взглядом откровенным, на Творца - теперь срытая правда его магнетизма для этой женщины, тайна такого неприступного благоговения перед ним, нашла себе место в оголенном сознании, только рядом с ним она, есть вся та, какая рождена своей матерью.

0

22

Волдеморт не перестает удивляться тому, сколько оттенков разных чувств может промелькнуть в глазах Беллы за короткий промежуток времени. Но откуда там взялся страх, неужели он выглядит пугающе сейчас, когда щурится от тусклого света, проснувшись в ее объятиях?.. Однако из того, как быстро испуг сменяется более уместным и привычным восхищением, Лорд делает вывод, что причина не в нем- скорей, в отголосках каких-то неприятных сновидений.
Гладкие женские ладони сжимают его талию, почти такую же тонкую, как у Беллатрисы- пары-тройки дюймов не хватает пальцам, чтобы встретиться. Он реагирует тем же, сдавливая ее плечи. Казалось бы, за ночь она полностью удовлетворила его спонтанно возникшее желание; но еще немного таких вот откровенных взглядов и смелых прикосновений - и не исключено, что оно вернется.
Просто оторвать ее руки от себя - вроде бы нет в этом жесте ничего такого, что позволило бы считать его кощунством. Если бы Волдеморт задавался вопросом, откуда у него такие мысли- решил бы, что чувства Беллы частично передались ему, но сейчас он пребывал отнюдь не в том настроении, когда аналитический ум устремляется внутрь себя. Самокопание ему сейчас столь же несвойственно, как закрытые позы.
Выпутавшись из шелкового плена покрывал, он натягивает штаны, извлекает из недр стоящего около окна шкафа черную рубашку взамен совершенно помятой серой; лоснящаяся, атласная чернота никак не соотносится с мраком или трауром - наоборот, ассоциируется с праздником. Не торопясь застегивать пуговицы, присаживается на край кровати. Даже при затянувшемся молчании длительное присутствие Беллатрисы рядом не вызывает дискомфорта, теперь в ней точно не осталось ничего чужого.
Упрекнуть ее в том, что не пожелала своему господину доброго утра?.. Будь сейчас действительно утро, так бы и сделал.
-Хочешь что-то мне сказать? Попросить? – легкая хрипотца придает его голосу нежелательную грубость, загубив вложенную ласковость.

0

23

Зарывшись носом в сгибе локтя, она не перестает наблюдать за ним, подмечая каждое его движение. Походку уверенную и вальяжную, словно он решил очаровать шкаф, и тот, кажется, был на то согласен, стоило мужчине до тронутся до его дверцы, и он отдаст последние своему хозяину. Она наблюдала, как он ловко производит действия, которые каждый знает с самого детства, они заучены до механизма – и она слегка увлекается очарованием его рук, длинных мужских пальцев, и атласной бледной кожей. Щеки чуть тронулись налетом смущения, стоило ей вспомнить, что дарили эти руки, и она на  секунду прикрыла глаза, пряча краску все в том же изгибе руки – не совладав с любопытством, вернула взгляд обратно. Но стоило Вольдеморту скрыться под  одеждой, как Ленстрейдж стала тихо ненавидеть эту благородную ткань, что струилась своими крепко сплетенными нитями; она утаивали от глаз желанное, то чем она наслаждалась ночью, любовно лаская взглядом, прикасалась подушечками пальцев, вкушала поцелуем.
    Он сел рядом, и Беллатриса снова ощутила ненавязчивый травяной аромат, от чего по коже побежал приятный холодок, сменяясь теплом – что было совершенно необычным и противоречивым. Перекатившись на спину, она открыла лицо перед господином – ткань простыни сползла до безобразия низко по ее телу, лишь слегка волной прикрывая бедра.
- Мой Милорд, - шепот дрогнул, и она слегка закусила губу, сетуя на свою слабость и тихо  выдохнула напряженный воздух, который уже начал спирать грудь, - Не смею, ничего просить…Вы и так одарили меня бесценным подарком, - женщина мягко улыбнулась, и прикрыла тяжелый взгляд. Его голос ее не испугал, в нем не было не скрытой угрозы, не прямых претензий, и все же улыбка опечалилась, - Я смею, надеется, что не разочаровываю вас, - она вопросительно обнажила перед ним взгляд.

Отредактировано Беллатриса Лейстрендж (2007-09-19 12:46:53)

0

24

-Правильно,- непонятно, к чему именно в словах Беллатрисы относится это замечание, то ли к отказу от просьб, то ли к выраженной надежде. Волдеморт смотрит на нее сверху вниз, черты лица вновь приобрели сходство с тронутым рукой скульптора камнем, и даже снисходительная улыбка разительно отличается от тех, что красовались на его губах ночью - отражение в запыленном зеркале, просто натяжение мышц. От таких речей с придыханием и томных взглядов из-под ресниц недалеко и до картинного хлопанья в обморок при виде незнакомого мужчины - однако он не сомневается, что при случае эта женщина оставит и от десятка незнакомых мужчин из аврората лишь кровавый туман в воздухе - и тоже будет улыбаться, и искать в его глазах одобрение.
-Разочаровываешь? – голос постепенно становится из хриплого вновь мелодичным. Подумать, что Темный Лорд прячет свое недовольство из соображений вежливости?..
-Ты всегда узнаёшь, если я разочарован. Незамедлительно. Не так ли? Оставь эти сомнения, Белла, я доволен тобой.
Он застегивает пуговицы на запястьях - наклон головы немного приглушает слова.
…-Настолько, что, возможно, впредь тебе придется чаще являться по моему зову. Возможно.

0

25

- Как только пожелаете, - куда более откровенный шепот, теряется в пространстве между ними.
Нужно ли было говорить, что даже подобные слова, которые бы смутили  обычную девицу, вызывая бунт и прочую реакцию, отзывались в душе Беллатрисы ликованием. Она проводила взглядом светлую кожу запястьев, попавшие в плен пуговицам на манжетах рубашки, и словно в надежде последний раз насытиться  прикосновением, провела ладонью по обнаженной, еще не скрытой тканью груди. Приятная прохлада, ласкала пальцы…
   Женщина не стала томить Темного Лорда своими прикосновениями, и скоро покинула постель, отыскав где-то в ножнах кровати свое платье и черный шелк белья. Все было как-то ново – обязывает пустить смуту в душу, но словно в отместку существованию подобному чувству, Беллатриса, ведет себя спокойно, как и прежде, отвечая кротко с горячностью, и любовно восхищаясь своим хозяином. Неторопливо облачаясь в одежду, женщина не обращала свой прямой взор на Волдеморта, скорее она была занята им в своих мыслях, что могло вызвать гнев с его стороны – она забыла о нем, находясь с ним в одной комнате, уповая, как же его мало даже, находясь в откровенной близости.

0

26

Только сейчас Волдеморт обратил внимание на то, что Белла пришла к нему в одном платье, несмотря на вступившую в свои права осень. Хочется накинуть на обманчиво хрупкие плечи женщины одну из висящих в шкафу теплых мантий - он даже знает, какую именно, обнаружил сегодня, что черное в сочетании с красным ей к лицу. Но этот жест наверняка будет расценен как намек на то, что пора отправляться на улицу, и потому остается лишь в мыслях.
Лорд подхватывает с пола свою одежду, щелкает серебряной застежкой на груди, быстрым движением ладони отряхивает пыль и складки. В горле сухость, руки холодные - не хватает сейчас только чашки чая, если не брать в расчет вечной нехватки совершенства.
-Я внизу, если понадоблюсь, -уточнить перед тем, как выйти, чтобы Лестрейнж не подумала, будто он оставляет ее в доме одну.
>> Гостиная

0